гольдберг и шлёнский
May. 18th, 2003 05:04 pmВ библиотеке сегодня немного читал письма Леи Гольдберг (не очень интересно), а также дневник её, который она вела с 10 до 15 лет (она вела всю жизнь вообще-то, но именно это опубликовано).
(Лея Гольдберг (для интересующихся) — это такая известная ивритская поэтесса, родилась в 1911-м году, росла в г. Ковно (сегодня Каунас) в Литве, в 1935-м году эмигрировала в Палестину. Умерла в 1970-м году)
Дневник она вела на иврите, который в то же время учила в еврейской гимназии в Ковно. Любопытно наблюдать, как улучшается и развивается владение языком на протяжении пяти лет ведения дневника (даже с учётом того, что при публикации исправили многочисленные орфографические ошибки). В первые два года — кальки с русского языка в огромном количестве, неправильное согласование родов, "славянский" синтаксис; постепенно корявости выравниваются, слог становится более уверенным и богатым.
Детские влюблённости. Описание отдыха на курорте. Рассказ о том, как прогуляла все уроки в какой-то день.
Ещё читал немного "Евгения Онегина" в переводе Шлёнского (на иврит). Обнаружилась интересная штука, касающаяся перевода письма Татьяны к Онегину. Дело в том, что в иврите совершенно отсутствует деление на вежливое/фамильярное обращения "вы"/"ты" (как и в английском языке, если не считать архаичного thou). Как же передать столь важный переход Татьяны с "вы" на "ты" в середине письма (и возвращение к "вы" в заключительной строфе)? Оказывается, Шлёнский поступает вот как: те части письма, что в оригинале написаны на "вы", у него адресуются Татьяной к третьему лицу. Т.е. не "я к вам пишу", а "я ему пишу, чего же боле...", не "зачем вы посетили нас?", а "зачем он посетил нас", и так далее до перехода на "ты" в "То воля неба: я твоя", где в ивритском переводе происходит резкий переход ко второму лицу, и продолжается до конца письма (не считая последней строфы, где происходит возврат к третьему лицу).
Любопытное решение; не уверен, что правильное — уж очень странно выглядит это обращение к "нему", намного более отдалённо, чем обращение на "вы" в русском языке — но очень любопытное.
(Лея Гольдберг (для интересующихся) — это такая известная ивритская поэтесса, родилась в 1911-м году, росла в г. Ковно (сегодня Каунас) в Литве, в 1935-м году эмигрировала в Палестину. Умерла в 1970-м году)
Дневник она вела на иврите, который в то же время учила в еврейской гимназии в Ковно. Любопытно наблюдать, как улучшается и развивается владение языком на протяжении пяти лет ведения дневника (даже с учётом того, что при публикации исправили многочисленные орфографические ошибки). В первые два года — кальки с русского языка в огромном количестве, неправильное согласование родов, "славянский" синтаксис; постепенно корявости выравниваются, слог становится более уверенным и богатым.
Детские влюблённости. Описание отдыха на курорте. Рассказ о том, как прогуляла все уроки в какой-то день.
Ещё читал немного "Евгения Онегина" в переводе Шлёнского (на иврит). Обнаружилась интересная штука, касающаяся перевода письма Татьяны к Онегину. Дело в том, что в иврите совершенно отсутствует деление на вежливое/фамильярное обращения "вы"/"ты" (как и в английском языке, если не считать архаичного thou). Как же передать столь важный переход Татьяны с "вы" на "ты" в середине письма (и возвращение к "вы" в заключительной строфе)? Оказывается, Шлёнский поступает вот как: те части письма, что в оригинале написаны на "вы", у него адресуются Татьяной к третьему лицу. Т.е. не "я к вам пишу", а "я ему пишу, чего же боле...", не "зачем вы посетили нас?", а "зачем он посетил нас", и так далее до перехода на "ты" в "То воля неба: я твоя", где в ивритском переводе происходит резкий переход ко второму лицу, и продолжается до конца письма (не считая последней строфы, где происходит возврат к третьему лицу).
Любопытное решение; не уверен, что правильное — уж очень странно выглядит это обращение к "нему", намного более отдалённо, чем обращение на "вы" в русском языке — но очень любопытное.