mutatis mutandis

Кто-то написал письмо в набоковскую рассылку единственно для того, чтобы поправить другого участника дискуссии: роман Джойса называется Finnegans Wake, а не Finnegan's Wake.

Мне кажется, я превращаюсь постепенно из человека, который написал бы такое письмо, в человека, который специально может написать Finnegan's Wake, чтобы предоставить кому-то, кто гордится своим знанием и убежден в неоспоримой важности этого факта, шанс проявить одновременно свою эрудицию и беспардонность. А потом сдержанно его поблагодарить.

трехгрошовые аллюзии

Шекспировское

...it is a tale
Told by an idiot, full of sound and fury,
Signifying nothing.

и лермонтовское

Пускай она поплачет...
Ей ничего не значит!

мимоходом о поэзии

Интересное обсуждение "ломки пентаметра" Паунда в веблоге LanguageHat, и сравнение сонета Уилфреда Оуэна с свободным стихом Паунда, может, и побудит меня вернуться к Паунду, которого я читал, но не ценю. Все, что я мог бы сказать, однако, уже высказано там в дискуссии в комментариях - главным образом то, что стихотворение Оуэна выбрано все же очень слабое. И одно из моих наилюбимейших (Оуэна) уже тоже там процитировали. И все же процитирую еще раз, потому что любимое; и скажу, что если уж оценивать поэзию по жесткому эмоциональному воздействию (не единственный и не лучший критерий), то паундовское

There died a myriad,
And of the best, among them,
For an old bitch gone in the teeth,
For a botched civilization,
Charm, smiling at the good mouth,
Quick eyes gone under earth's lid,

For two gross of broken statues,
For a few thousand battered books.

уступает сильно в моем понимании и ощущении оуэновскому

The Parable of the Old Man and the Young

So Abram rose, and clave the wood, and went,
And took the fire with him, and a knife.
And as they sojourned both of them together,
Isaac the first-born spake and said, My Father,
Behold the preparations, fire and iron,
But where the lamb, for this burnt-offering?
Then Abram bound the youth with belts and straps,
And builded parapets and trenches there,
And stretchèd forth the knife to slay his son.
When lo! an Angel called him out of heaven,
Saying, Lay not thy hand upon the lad,
Neither do anything to him, thy son.
Behold! Caught in a thicket by its horns,
A Ram. Offer the Ram of Pride instead.

But the old man would not so, but slew his son,
And half the seed of Europe, one by one.