У меня есть теоретическая модель, в которую хорошо вписывается всё происходящее.
Представим сгусток неких частиц, движущихся под воздействием некоего поля в направлении его градиента. Поскольку сгусток протяженен в этом же направлении, постольку сила, воздействующая на частицы, неоднородна. При этом частицы воздействуют ещё и друг на друга, стремясь удерживать целостность сгустка.
Вначале, когда напряженность поля ещё относительно мала, поле действует на сгусток как на единое целое. Хотя на передние частицы действует сила чуть больше, чем на задние, эта разница нивелируется межчастичными взаимодействиями.
По мере движения сгустка напряженность поля растёт. В какой-то момент межчастичные взаимодействия оказываются относительно малы по сравнению с дельтой сил, и сгусток вытягивается в направлении движения (градиента поля). При этом он не теряет целостности. Передние, авангардные, частицы за счёт межчастичных взаимодействий передают часть своего импульса отстающим, арьергардным, а те, в свою очередь, за счет тех же взаимодействий притормаживают первые.
Чем дальше движется сгусток, тем больше становится дельта (и потому, что больше напряженность поля, и потому, что длиннее, вытянутее сам сгусток). И в какой-то момент межчастичные взаимодействия оказываются слишком слабыми, чтобы удержать сгусток в целости. Прослойка между авангардом и арьергардом начинает истончаться, их взаимовлияние – становиться всё меньше: авангард всё менее тормозится арьергардом, а последний всё менее им ускоряется.
В конце концов, происходит разрыв. Сгусток разделяется на два. Его авангардная часть, сбросив балласт, получает дополнительное ускорение, а арьергардная, наоборот, замедляется. Для тех же частиц, что находились близко к месту разрыва, этот эффект оказывается ещё более выраженным: задняя часть авангарда подтягивается вперёд особо скоро, а передняя часть арьергарда может не просто замедлиться, но и остановиться, и даже какое-то время двигаться в обратном направлении.
Вот именно последним эффектом я и объясняю наблюдающийся в последнее время рост традиционализма, консерватизма, религиозности и т.п.
Частицы – это люди, поле – технический прогресс. Человечество переживает дивергентную фазу, в ходе которой от него отпочкуется часть, в дальнейшем станущая постчеловечеством.
Знаете, мне кажется, это очень хороший образ - распад некой группы под действием внешних сил на две и более малых групп, в которых взаимодействие между членами группы все еще сильнее внешнего воздействия.
Даже лучшим, чем частицы, примером могли бы быть ученики в классе по мере усложнения программы - начиная с какого-то уровня сложности программы класс неизбежно придется делить на несколько групп, и после разделения разрыв между группами будет стремительно увеличиваться, причем первые в худшей группе будут деградировать, а последние в лучшей - так же стремительно улучшаться, так что ученики, еще вчера имевшие близкие показатели, после разделения класса окажутся в разных группах и разрыв в их знаниях и успехах будет становиться все сильнее.
С чем я не согласен, так это с тем, что это некое "пост-человечество". История - которая, вся, сколько ее есть, все равно ничтожно малая часть времени существования вида - знала и не такие регрессы на значительных временных промежутках и больших пространствах. В сороковых годах прошлого века многие тоже думали о наступлении нового варварства. Так что "пост-" или "пре-" - это, по-моему, слишком.
Я-то имел в виду гораздо более скромную вещь: есть ли что-то, кроме realpolitik, или это самообман? Если угодно, для страны с "догоняющим" развитием: что мы выбираем - прямой или обратный карго-культ?
Но дело в том, что я не придумывал эту модель специально для объяснения обсуждаемого регресса. Первичным для меня был именно переход к постчеловечеству, а объяснение эффектов стало закономерным выводом из модели. (Про постчеловечество могу рассказать отдельно, это масштабная тема сама по себе).
Касательно истории, не надо забывать, что историческое время измеряется не по линейной шкале, а по логарифмической. Но главное – хотя и всякому живущего в эпоху перемен его эпоха представляется уникальной, наше время уникально и с объективной точки зрения.
Кстати, "новое варварство" и, шире, феномен "потерянного поколения", скорее всего, являются частью того же самого процесса. Возвращаясь к аналогии с частицами – в материаловедении есть понятия "предел упругости" и "предел текучести". Предел упругости – это такой уровень внешних нагрузок, при котором в материале даже после их снятия остаются остаточные деформации. Предел текучести – когда нагрузки столь велики, что материал перестает сопротивляться, "течёт". Собственно, с этого и начинается фаза разрыва.
Так вот, предел упругости человечество, судя по всему, прошло где-то в районе промышленных революций. А с прохождением предела текучести хорошо соотносится первая половина ХХ века с его двумя мировыми войнами и разочарованием в идеалах Просвещения. Ведь, если подумать, в чём Просвещение оказалось неправо? В представлении о том, что, начавшись с авангарда, прогресс _равномерно_ распространится на всё человечество.
Нашему же времени предстоит пройти через точку разрыва (у которой много имён: технологическая Сингулярность, фазовый переход, точка Омега и т.п.) Именно это и делает нашу эпоху объективно уникальной.
Таким образом, на ваш скромный вопрос я даю совсем не скромный ответ: что-то, кроме realpolitik, есть, и это что-то – закономерности даже не исторического, а эволюционного порядка. На этом фоне все реалполитики и карго-культы выглядят лишь антуражем, да и границы между авангардом и арьергардом с государственными совпадают все меньше.
Ну, действительно, нескромный ответ. :-) Пошел думать. ... Стало быть, пост-человечество? И частицы, поле и пр. - это именно модель, а не, как я думал, метафора, сравнение? Тогда - несколько замечаний:
(1) Cомнительно и само существование годных моделей такого уровня: модель - это когда можно что-то посчитать, остальное - аналогии и метафоры. Говоря об историческом процессе, мы говорим о некоей принципиально неограниченной и системе, которую невозможно изолировать и учесть все значимые связи; в такой системе можно предложить бесконечное множество равно применимых моделей, дающих прямо противоположные ожидаемые исходы и оценки. Следование таким глобальным моделям, стало быть - предмет веры, а не науки.
(2) Насчет нового человечества в новой реальности: для нового человечества нужен новый человек. Если вы о том, что новый мир и новые технические возможности заставят того же самого биологического человека необратимо переродиться и вести себя _принципиально_ по-другому, то это тоже кажется мне сомнительным. Если бы человеческая природа была хоть чуть-чуть пластична по отношению к социальным факторам, то люди уже давно необратимо изменились бы, причем, скорее всего, к худшему - попытки сделать из людей скотов предпринимались на протяжении истории настолько долго и последовательно, что сама наша с вами беседа есть доказательство удивительной стабильности человеческой природы. Что до возможности создания искусственного человека, необратимой перестройки человека человеком и прочего в том же роде, то это пока - тоже предмет веры.
(3) в силу предыдущего, все такие рассуждения представляются мне просто новой религией или квазирелигией. В частности, подобная вера сродни разным христианским апокалиптическим учениям - вере в грядущий конец этого мира и в грядущий новый мир. Так, верящий в некое специфическое толкование Апокалипсиса увидит предвестие конца мира там, где вы увидели достижение "предела упругости" человечества, и будет ждать явления Зверя, второго пришествия и прочих интересных вещей, как вы - пришествия постчеловеков (таков был, например, Ньютон - большой толкователь Апокалипсиса). Вот и марксисты ждут коммунизма уже не первый век. Все это скорее старо, чем ново, как мне кажется.
А вот образ технического прогресса, размазывающего человечество как масло по хлебу - это действительно сильно. Но это уже литература.
Вы знаете, внешне это, действительно, похоже на религию или квазирелигию. Однако в основе лежит, всё же, не вера, а экстраполяция наблюдаемых закономерностей. Как всякая экстраполяция, она не является строгой, и поэтому речь идет о философской доктрине.
Собственно, большую часть идей я позаимствовал у Валентина Турчина из его книги "Феномен науки". Вкратце, Турчин вводит понятие метасистемного перехода – возникновения управляющей надстройки над имеющейся системой, и рассматривает эволюцию – включая историю человечества – как цепь таких метасистемных переходов.
Кроме того, – и это к вопросу о моделях как о чем-то, что можно посчитать, – я сошлюсь также на работы Сергея Петровича Капицы в области демографии. Численные модели Капицы как раз и обосновывают уникальность нашего времени, показывая переход от фазы гиперболического роста населения к фазе стабилизации.
Ваше утверждение о том, что исторический процесс – это система, которую невозможно изолировать, требует прояснения. Чем таким исторический процесс принципиально отличается от той же системы частиц, учитывая, что в своей модели я рассматриваю его исключительно в аспекте технологического прогресса (и сопутствующих социальных изменений)?
Другой ваш тезис – о том, что для нового человечества нужен новый человек – требует прояснения уже с моей стороны. Я вовсе не говорю о биологическом перерождении человека. Напротив, я полагаю, что подавляющее большинство населения (условных 95%) переживут момент фазового перехода без каких-либо принципиальных изменений. Под постчеловечеством я понимаю оставшиеся условные 5%, которые – сюрприз! :) – также не претерпят изменений биологической природы. Изменится среда. Отличие постлюдей от обычных я вижу в том, что они смогут интегрироваться в новую сущность – коллективный гибридный (человеко-машинный) сверхорганизм. (Точнее, во множество таких сверхорганизмов).
Нечто подобное описывает уже сам Валентин Турчин в послесловии к "Феномену науки". Но мы сегодня можем видеть контуры будущего гораздо яснее. По сути, фокус эволюции сместится от генов к мемам (появится инфраструктура для такой эволюции).
Знаете, чтобы возражать дальше, мне надо бы прочесть, как минимум, книгу Турчина; вношу ее в свой список. Список этот, длинен, и там много чему можно оказать предпочтение, но если ЖЖ просуществует до тех пор, как я прочту ее (или если всеведущие постчеловеки придут к нам раньше, постучатся ко мне и напомнят об этом), то я обещаю вам написать новый комментарий к этой ветке.
В ответ на ваш вопрос о том, почему облако частиц в ускорителе - это модель, а аналогичное представление о прогрессе - нет, я вот что могу сказать: помните старый анекдот о том, как физика попросили описать поведение жеребца? Физик из анекдота начал с фразы: "Представим себе сферическую лошадь в вакууме..." Тут, конечно, много злой насмешки, но есть и смысл. Дело в том, что между частицами в ускорителе и, например, человеческим обществом - или той же лошадью! - лежит настоящая пропасть сложности.
Физики, изучающие материальный мир, пользуются тем, что могут рассматривать относительно изолированные и ограниченные системы, или хотя бы "сходящиеся" системы, где значимость связей убывает по мере увеличения их количества (как в квантовой электродинамике, если я правильно понял, как работают диаграммы Фейнмана). Ученые тут пользуются тем, что больше всего в материальном мире - и микро- и макро-мире - именно пустого места. Очень многое поэтому можно понять по моделям, в которых ограниченное количество сущностей и ограничены существенные связи между ними. В таких моделях и возможна экстраполяция "при прочих равных условиях". Как только это перестает выполняться, математическое моделирование пробуксовывает, и многократное увеличение вычислительной мощности дает лишь небольшой прогресс: совсем не случайно то, что нельзя рассчитать прогноз погоды на месяц, хотя можно убедительно смоделировать эволюцию Вселенной за миллиарды лет. Так что, даже не говоря о "нестрогости" модели человечества как облака частиц (что есть те частицы? в чем измеряется их взаимодействие? и т.п. - уже тут видно, что это не модель, а метафора), такая модель натолкнется на непреодолимые принципиальные трудности.
То же самое относится и к истории, потому что людей непредставимо много, устроены эти люди непонятно, взаимодействуют они тесно, и даже не ясно, какова в этом взаимодействии роль чистой случайности (чистой, истинной случайности, в отличие от неучтенных взаимодействий, как с тем камнем, падающим герою на голову). Наконец, неясны существенные особенности взаимодействия со средой.
Именно поэтому для того, чтоб нарисовать любую цельную картину истории, нужна изрядная доля веры (об изрядной доле простоты говорить не будем). И все такие философские системы оказывались чем-то сродни религиям: боголюди, андрогины и прочие грядущие существа русских религиозных философов (Бердяева, Соловьева, Леоньтьева), и грядущее "научное" восскрешение всех мертвых Федорова - вот примеры таких "экстраполяций", и ваш постчеловек, мне кажется, идет туда же, куда андрогины и богочеловеки: в литературу и историю мысли, где они и заживут счастливо, ожидая прибытия новых химер. Ничего, что у вас все выглядит научно. Наука для большинства из нас - та же вера, а когда это не так, то мы говорим о очень хорошо ограниченных вещах. Философские системы, оперирующие понятиями такого уровня все близки к религиям - взять хоть тех же марксистов. К этому ли вы стремитесь?
Что касается идеи о неком новом этапе и уровне эволюции - как с колониями простейших, превращающихся в организмы? - то тут, конечно, ничего невозможного нет, но сомнительно, чтоб у человечества было столько времени. В конце концов, большинство колоний простейших кончает одним и тем же - сжирает все вокруг и погибает. Для того, чтоб произошло что-то еще, нужны маловероятные обстоятельства и много, очень много времени, чтоб эти обстоятельства наступили (тут уместна старая шутка про самозарождение телевизора на свалке радиодеталей). Поэтому я и не верю в нашу возможность предвидеть такого рода изменения и не считаю возможным на них рассчитывать.
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
avva
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
Re: новый традиционализм и общечеловеческие ценности
Date: 2014-06-09 09:38 am (UTC)Представим сгусток неких частиц, движущихся под воздействием некоего поля в направлении его градиента. Поскольку сгусток протяженен в этом же направлении, постольку сила, воздействующая на частицы, неоднородна. При этом частицы воздействуют ещё и друг на друга, стремясь удерживать целостность сгустка.
Вначале, когда напряженность поля ещё относительно мала, поле действует на сгусток как на единое целое. Хотя на передние частицы действует сила чуть больше, чем на задние, эта разница нивелируется межчастичными взаимодействиями.
По мере движения сгустка напряженность поля растёт. В какой-то момент межчастичные взаимодействия оказываются относительно малы по сравнению с дельтой сил, и сгусток вытягивается в направлении движения (градиента поля). При этом он не теряет целостности. Передние, авангардные, частицы за счёт межчастичных взаимодействий передают часть своего импульса отстающим, арьергардным, а те, в свою очередь, за счет тех же взаимодействий притормаживают первые.
Чем дальше движется сгусток, тем больше становится дельта (и потому, что больше напряженность поля, и потому, что длиннее, вытянутее сам сгусток). И в какой-то момент межчастичные взаимодействия оказываются слишком слабыми, чтобы удержать сгусток в целости. Прослойка между авангардом и арьергардом начинает истончаться, их взаимовлияние – становиться всё меньше: авангард всё менее тормозится арьергардом, а последний всё менее им ускоряется.
В конце концов, происходит разрыв. Сгусток разделяется на два. Его авангардная часть, сбросив балласт, получает дополнительное ускорение, а арьергардная, наоборот, замедляется. Для тех же частиц, что находились близко к месту разрыва, этот эффект оказывается ещё более выраженным: задняя часть авангарда подтягивается вперёд особо скоро, а передняя часть арьергарда может не просто замедлиться, но и остановиться, и даже какое-то время двигаться в обратном направлении.
Вот именно последним эффектом я и объясняю наблюдающийся в последнее время рост традиционализма, консерватизма, религиозности и т.п.
Частицы – это люди, поле – технический прогресс. Человечество переживает дивергентную фазу, в ходе которой от него отпочкуется часть, в дальнейшем станущая постчеловечеством.
Re: новый традиционализм и общечеловеческие ценности
Date: 2014-06-10 02:16 am (UTC)Даже лучшим, чем частицы, примером могли бы быть ученики в классе по мере усложнения программы - начиная с какого-то уровня сложности программы класс неизбежно придется делить на несколько групп, и после разделения разрыв между группами будет стремительно увеличиваться, причем первые в худшей группе будут деградировать, а последние в лучшей - так же стремительно улучшаться, так что ученики, еще вчера имевшие близкие показатели, после разделения класса окажутся в разных группах и разрыв в их знаниях и успехах будет становиться все сильнее.
С чем я не согласен, так это с тем, что это некое "пост-человечество". История - которая, вся, сколько ее есть, все равно ничтожно малая часть времени существования вида - знала и не такие регрессы на значительных временных промежутках и больших пространствах. В сороковых годах прошлого века многие тоже думали о наступлении нового варварства. Так что "пост-" или "пре-" - это, по-моему, слишком.
Я-то имел в виду гораздо более скромную вещь: есть ли что-то, кроме realpolitik, или это самообман? Если угодно, для страны с "догоняющим" развитием: что мы выбираем - прямой или обратный карго-культ?
Re: новый традиционализм и общечеловеческие ценности
Date: 2014-06-10 12:10 pm (UTC)Касательно истории, не надо забывать, что историческое время измеряется не по линейной шкале, а по логарифмической. Но главное – хотя и всякому живущего в эпоху перемен его эпоха представляется уникальной, наше время уникально и с объективной точки зрения.
Кстати, "новое варварство" и, шире, феномен "потерянного поколения", скорее всего, являются частью того же самого процесса. Возвращаясь к аналогии с частицами – в материаловедении есть понятия "предел упругости" и "предел текучести". Предел упругости – это такой уровень внешних нагрузок, при котором в материале даже после их снятия остаются остаточные деформации. Предел текучести – когда нагрузки столь велики, что материал перестает сопротивляться, "течёт". Собственно, с этого и начинается фаза разрыва.
Так вот, предел упругости человечество, судя по всему, прошло где-то в районе промышленных революций. А с прохождением предела текучести хорошо соотносится первая половина ХХ века с его двумя мировыми войнами и разочарованием в идеалах Просвещения. Ведь, если подумать, в чём Просвещение оказалось неправо? В представлении о том, что, начавшись с авангарда, прогресс _равномерно_ распространится на всё человечество.
Нашему же времени предстоит пройти через точку разрыва (у которой много имён: технологическая Сингулярность, фазовый переход, точка Омега и т.п.) Именно это и делает нашу эпоху объективно уникальной.
Таким образом, на ваш скромный вопрос я даю совсем не скромный ответ: что-то, кроме realpolitik, есть, и это что-то – закономерности даже не исторического, а эволюционного порядка. На этом фоне все реалполитики и карго-культы выглядят лишь антуражем, да и границы между авангардом и арьергардом с государственными совпадают все меньше.
Re: новый традиционализм и общечеловеческие ценности
Date: 2014-06-12 01:40 am (UTC)...
Стало быть, пост-человечество? И частицы, поле и пр. - это именно модель, а не, как я думал, метафора, сравнение? Тогда - несколько замечаний:
(1) Cомнительно и само существование годных моделей такого уровня: модель - это когда можно что-то посчитать, остальное - аналогии и метафоры. Говоря об историческом процессе, мы говорим о некоей принципиально неограниченной и системе, которую невозможно изолировать и учесть все значимые связи; в такой системе можно предложить бесконечное множество равно применимых моделей, дающих прямо противоположные ожидаемые исходы и оценки. Следование таким глобальным моделям, стало быть - предмет веры, а не науки.
(2) Насчет нового человечества в новой реальности: для нового человечества нужен новый человек. Если вы о том, что новый мир и новые технические возможности заставят того же самого биологического человека необратимо переродиться и вести себя _принципиально_ по-другому, то это тоже кажется мне сомнительным. Если бы человеческая природа была хоть чуть-чуть пластична по отношению к социальным факторам, то люди уже давно необратимо изменились бы, причем, скорее всего, к худшему - попытки сделать из людей скотов предпринимались на протяжении истории настолько долго и последовательно, что сама наша с вами беседа есть доказательство удивительной стабильности человеческой природы. Что до возможности создания искусственного человека, необратимой перестройки человека человеком и прочего в том же роде, то это пока - тоже предмет веры.
(3) в силу предыдущего, все такие рассуждения представляются мне просто новой религией или квазирелигией. В частности, подобная вера сродни разным христианским апокалиптическим учениям - вере в грядущий конец этого мира и в грядущий новый мир. Так, верящий в некое специфическое толкование Апокалипсиса увидит предвестие конца мира там, где вы увидели достижение "предела упругости" человечества, и будет ждать явления Зверя, второго пришествия и прочих интересных вещей, как вы - пришествия постчеловеков (таков был, например, Ньютон - большой толкователь Апокалипсиса). Вот и марксисты ждут коммунизма уже не первый век. Все это скорее старо, чем ново, как мне кажется.
А вот образ технического прогресса, размазывающего человечество как масло по хлебу - это действительно сильно. Но это уже литература.
Re: новый традиционализм и общечеловеческие ценности
Date: 2014-06-12 11:12 am (UTC)Собственно, большую часть идей я позаимствовал у Валентина Турчина из его книги "Феномен науки". Вкратце, Турчин вводит понятие метасистемного перехода – возникновения управляющей надстройки над имеющейся системой, и рассматривает эволюцию – включая историю человечества – как цепь таких метасистемных переходов.
Кроме того, – и это к вопросу о моделях как о чем-то, что можно посчитать, – я сошлюсь также на работы Сергея Петровича Капицы в области демографии. Численные модели Капицы как раз и обосновывают уникальность нашего времени, показывая переход от фазы гиперболического роста населения к фазе стабилизации.
Ваше утверждение о том, что исторический процесс – это система, которую невозможно изолировать, требует прояснения. Чем таким исторический процесс принципиально отличается от той же системы частиц, учитывая, что в своей модели я рассматриваю его исключительно в аспекте технологического прогресса (и сопутствующих социальных изменений)?
Другой ваш тезис – о том, что для нового человечества нужен новый человек – требует прояснения уже с моей стороны. Я вовсе не говорю о биологическом перерождении человека. Напротив, я полагаю, что подавляющее большинство населения (условных 95%) переживут момент фазового перехода без каких-либо принципиальных изменений. Под постчеловечеством я понимаю оставшиеся условные 5%, которые – сюрприз! :) – также не претерпят изменений биологической природы. Изменится среда. Отличие постлюдей от обычных я вижу в том, что они смогут интегрироваться в новую сущность – коллективный гибридный (человеко-машинный) сверхорганизм. (Точнее, во множество таких сверхорганизмов).
Нечто подобное описывает уже сам Валентин Турчин в послесловии к "Феномену науки". Но мы сегодня можем видеть контуры будущего гораздо яснее. По сути, фокус эволюции сместится от генов к мемам (появится инфраструктура для такой эволюции).
Re: новый традиционализм и общечеловеческие ценности
Date: 2014-06-14 01:33 pm (UTC)В ответ на ваш вопрос о том, почему облако частиц в ускорителе - это модель, а аналогичное представление о прогрессе - нет, я вот что могу сказать: помните старый анекдот о том, как физика попросили описать поведение жеребца? Физик из анекдота начал с фразы: "Представим себе сферическую лошадь в вакууме..." Тут, конечно, много злой насмешки, но есть и смысл. Дело в том, что между частицами в ускорителе и, например, человеческим обществом - или той же лошадью! - лежит настоящая пропасть сложности.
Физики, изучающие материальный мир, пользуются тем, что могут рассматривать относительно изолированные и ограниченные системы, или хотя бы "сходящиеся" системы, где значимость связей убывает по мере увеличения их количества (как в квантовой электродинамике, если я правильно понял, как работают диаграммы Фейнмана). Ученые тут пользуются тем, что больше всего в материальном мире - и микро- и макро-мире - именно пустого места. Очень многое поэтому можно понять по моделям, в которых ограниченное количество сущностей и ограничены существенные связи между ними. В таких моделях и возможна экстраполяция "при прочих равных условиях". Как только это перестает выполняться, математическое моделирование пробуксовывает, и многократное увеличение вычислительной мощности дает лишь небольшой прогресс: совсем не случайно то, что нельзя рассчитать прогноз погоды на месяц, хотя можно убедительно смоделировать эволюцию Вселенной за миллиарды лет. Так что, даже не говоря о "нестрогости" модели человечества как облака частиц (что есть те частицы? в чем измеряется их взаимодействие? и т.п. - уже тут видно, что это не модель, а метафора), такая модель натолкнется на непреодолимые принципиальные трудности.
То же самое относится и к истории, потому что людей непредставимо много, устроены эти люди непонятно, взаимодействуют они тесно, и даже не ясно, какова в этом взаимодействии роль чистой случайности (чистой, истинной случайности, в отличие от неучтенных взаимодействий, как с тем камнем, падающим герою на голову). Наконец, неясны существенные особенности взаимодействия со средой.
Именно поэтому для того, чтоб нарисовать любую цельную картину истории, нужна изрядная доля веры (об изрядной доле простоты говорить не будем). И все такие философские системы оказывались чем-то сродни религиям: боголюди, андрогины и прочие грядущие существа русских религиозных философов (Бердяева, Соловьева, Леоньтьева), и грядущее "научное" восскрешение всех мертвых Федорова - вот примеры таких "экстраполяций", и ваш постчеловек, мне кажется, идет туда же, куда андрогины и богочеловеки: в литературу и историю мысли, где они и заживут счастливо, ожидая прибытия новых химер. Ничего, что у вас все выглядит научно. Наука для большинства из нас - та же вера, а когда это не так, то мы говорим о очень хорошо ограниченных вещах. Философские системы, оперирующие понятиями такого уровня все близки к религиям - взять хоть тех же марксистов. К этому ли вы стремитесь?
Что касается идеи о неком новом этапе и уровне эволюции - как с колониями простейших, превращающихся в организмы? - то тут, конечно, ничего невозможного нет, но сомнительно, чтоб у человечества было столько времени. В конце концов, большинство колоний простейших кончает одним и тем же - сжирает все вокруг и погибает. Для того, чтоб произошло что-то еще, нужны маловероятные обстоятельства и много, очень много времени, чтоб эти обстоятельства наступили (тут уместна старая шутка про самозарождение телевизора на свалке радиодеталей). Поэтому я и не верю в нашу возможность предвидеть такого рода изменения и не считаю возможным на них рассчитывать.