11 лет; воспоминания
Jun. 17th, 2002 01:14 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
avvaЯ приехал в Израиль 11 лет назад, 17 июня 1991-го года.
Сейчас уже очень плохо, увы, вспоминается этот день. Мы летели самолётом из Варшавы (куда попали поездом). Приземлились когда? -- ненадёжная память подсказывает, что часа в 2 пополудни. Какая-то регистрация, анкеты, ещё всякая волокита, но не слишком много. Новизна всего происходящего и будничность всего происходящего вслаивались друг в друга и кружили голову. Очень жарко. Наконец выскочили из здания терминала наружу, вывалились со всеми чемоданами, и каким-то образом оказались в такси. Таксист повёз нас в Ришон ле-Цион (недалеко от аэропорта, 10 минут езды, если без пробок), к родственникам, которые приехали за пол-года до нас и снимали там квартиру. Первые пару недель нам предстояло жить у них, и долго и мучительно искать подходящую квартиру, каждый день совершая, по неописуемой жаре, долгий обход маклерских контор.
Я знал, возможно, пару десятков слов на иврите, и ещё, может, сотню думал, что знал. Это автоматически превращало меня в эксперта по ивриту в семье. Где находится Ришон ле-Цион по отношению к аэропорту, у нас не было ни малейшего понятия. То есть знали в принципе, что это где-то в той же части страны, и относительно недалеко, но не более того. Я решил выяснить у водителя, сколько же времени нам предстоит ехать (он говорил только на иврите). После нескольких минут мучительных раздумий я гордо выдавил из себя фразу: "кама зман hольхим?" (что означает: сколько времени идём?). Водитель бросил на меня странный взгляд, но не рассмеялся и даже, похоже, не удивился -- он и не такое, небось, видал. "эсрим дакот" (двадцать минут). Слово "минуты" я знал, да и считать на иврите умел - или так казалось. "эсрим" - грамматически множественное число от слова "эсер" - "десять". Если форма единственного числа означает "десять", то форма множественного числа должна означать... "двадцать"? -- логично для иврита, но не для меня. Всю оставшуюся дорогу я напряжённо размышлял, почему нам осталось ехать аж сто минут, ведь это же должно быть так близко! "Расклинило" меня только через несколько дней, кажется, когда я вспомнил этот странный диалог и меня внезапно осенило.
Вот этот эпизод только и вспоминается действительно отчётливо из того дня, а всё остальное потонуло в мареве влажной жары, суматохи, волнений и одиннадцати лет. Странно это немного. Всё же день этот всё перевернул, всё переиначил, и повернул жизнь так круто, как никакой другой день после него. Началась -- нет, не новая жизнь, конечно -- но совсем другая её часть. Промотав на кнопке фаст-форвард 11 лет в будущее, попадаю после нескольких минут шелестения плёнки обратно в сейчас -- час ночи перестук клавиатуры под моими пальцами в звенящей тишине на стуле перед монитором в маленькой комнатке уютной квартиры на слишком высоком этаже крепкого старого дома в центре Иерусалима. В Израиле.
Сейчас уже очень плохо, увы, вспоминается этот день. Мы летели самолётом из Варшавы (куда попали поездом). Приземлились когда? -- ненадёжная память подсказывает, что часа в 2 пополудни. Какая-то регистрация, анкеты, ещё всякая волокита, но не слишком много. Новизна всего происходящего и будничность всего происходящего вслаивались друг в друга и кружили голову. Очень жарко. Наконец выскочили из здания терминала наружу, вывалились со всеми чемоданами, и каким-то образом оказались в такси. Таксист повёз нас в Ришон ле-Цион (недалеко от аэропорта, 10 минут езды, если без пробок), к родственникам, которые приехали за пол-года до нас и снимали там квартиру. Первые пару недель нам предстояло жить у них, и долго и мучительно искать подходящую квартиру, каждый день совершая, по неописуемой жаре, долгий обход маклерских контор.
Я знал, возможно, пару десятков слов на иврите, и ещё, может, сотню думал, что знал. Это автоматически превращало меня в эксперта по ивриту в семье. Где находится Ришон ле-Цион по отношению к аэропорту, у нас не было ни малейшего понятия. То есть знали в принципе, что это где-то в той же части страны, и относительно недалеко, но не более того. Я решил выяснить у водителя, сколько же времени нам предстоит ехать (он говорил только на иврите). После нескольких минут мучительных раздумий я гордо выдавил из себя фразу: "кама зман hольхим?" (что означает: сколько времени идём?). Водитель бросил на меня странный взгляд, но не рассмеялся и даже, похоже, не удивился -- он и не такое, небось, видал. "эсрим дакот" (двадцать минут). Слово "минуты" я знал, да и считать на иврите умел - или так казалось. "эсрим" - грамматически множественное число от слова "эсер" - "десять". Если форма единственного числа означает "десять", то форма множественного числа должна означать... "двадцать"? -- логично для иврита, но не для меня. Всю оставшуюся дорогу я напряжённо размышлял, почему нам осталось ехать аж сто минут, ведь это же должно быть так близко! "Расклинило" меня только через несколько дней, кажется, когда я вспомнил этот странный диалог и меня внезапно осенило.
Вот этот эпизод только и вспоминается действительно отчётливо из того дня, а всё остальное потонуло в мареве влажной жары, суматохи, волнений и одиннадцати лет. Странно это немного. Всё же день этот всё перевернул, всё переиначил, и повернул жизнь так круто, как никакой другой день после него. Началась -- нет, не новая жизнь, конечно -- но совсем другая её часть. Промотав на кнопке фаст-форвард 11 лет в будущее, попадаю после нескольких минут шелестения плёнки обратно в сейчас -- час ночи перестук клавиатуры под моими пальцами в звенящей тишине на стуле перед монитором в маленькой комнатке уютной квартиры на слишком высоком этаже крепкого старого дома в центре Иерусалима. В Израиле.
predan'ya stariny glubokoy...
Date: 2002-06-17 07:11 am (UTC)Vspominayutsya 3 epizoda.
- Kogda soshli s samolyota, pervoe chto uvidel - solnechny svet, a pervoe chto pochuvstvoval - vozduh. Svet - neestestvenno belyy (kak mne pokazalos'). A vozduh gustoy y tyazholy.Stoyal avgust. Vremya 14:00 (dlya teh, kto ponymaet).
- Buduchi turistom, a ne PMZh, ya ne prohodil obychnoy v takih sluchayah mnogochasovoy procedury registratzii i, proydya lish' pasportny kontrol, okazalsya na ulitze.
Zahotelos, kakat'. Tualet - v Ben-Gurione - pervoe znakomstvo s Izrailem, pervy dom na rodine
(dlya teh, kto ponymaet). Vyidya na vozduh ya ponyal, chto v strane gde est' takie tualety mozhno zhit' vesma ne ploho .
- Priehal ya "po programme" i k chsam 5 vechera ya i esche 15 chelovek pribyli v centr absorbtzii v kibbutze na yuge. Nas zhdal uzhin. V kibbutznoy stolovoy byl "shvedskiy stol"
Odin iz "programmistov"(nazovyom ego Olegom) iz vseh blyud predpochel shokoladnuyu pastu. On napolnil eyu pol-tarelki (supovoy) i usevshis' nachal est' (vilkoy). Vskore vozle stolika, za kotorym prisel nash geroy nachali sobirat'sya lyubopytnye - v osnovnom kibbuztiki. Oni s neskryvaemoy zhalostyu smotreli na Olega, a tot prodolzhal est', periodicheski vzmahivaya vilkoy y vykrikivaya v storonu kibbuztikov : Shalom! Hello! I love Israel !!!
Dalnyaya doroga (Dareny Kon')
P.S. Po proshestvie 8 let svet kazhetsya mne golubovatym, a vozduh - lishnim. I love Israel.
Re: predan'ya stariny glubokoy...
Date: 2002-06-17 12:14 pm (UTC)