seeing things

[avva]

Очень хороший пятый номер "Иностранки", кстати.

Вот есть переводы Хини. Переводчик (Г. Кружков) рассказывает о своих соображениях по поводу перевода названия сборника, "Seeing Things":

Надо сознаться, название сборника “Seeing Things” доставило переводчику немало хлопот. “Зримые вещи” или что-нибудь в таком роде здесь не подходит: слово “things” вообще редко переводится на русский впрямую, к тому же акцент в данной фразе сделан на глаголе “seeing”, а не на существительном. Но как это перевести? “Зрение” — мало, “прозрение” — явный перебор. Множество других вариантов было рассмотрено и отброшено. Следовало обратиться к тексту — прежде всего к тексту заглавного стихотворения. В нем же речь идет не просто о зрении, а пришедшем к поэту новом, более глубоком, видении, обозначенном им латинским словом “claritas” (ясность). Критики отмечают, что тот “общий сумрачный фон”, который превалировал раньше у Хини, в этом сборнике сменился ощущением “ясности и прозрачности”. Это дает ключ к переводу названия: вынести из-за скобок подразумеваемое и сделать его русским названием и стихотворения, и книги.

Но как определить по-русски это подразумеваемое? Здесь уже авторского текста недостаточно; важен тот интертекст, который Хини, как мне кажется, имел в виду, а именно — рассуждение Джойса в “Портрете художника в юности” о термине “claritas”у Фомы Аквинского. Здесь мы имеем целую цепочку толкований. Это и “свет, исходящий из какого-то другого мира, для которого реальность — лишь тень”, и “миг, когда высшее качество красоты, яркое сияние эстетического образа, отчетливо познается сознанием, очарованном его целостностью и гармонией” (Шелли), — и, наконец, просто “завороженность”. Нужно было передать все это, не теряя смысла seeing, “зрения”, и я выбрал “прозрачность” за отсутствием лучшего варианта.

Но погнавшись за claritas, переводчик упустил, мне кажется, очевидное: ироничный подтекст названия. Seeing Things отсылает к просторечной фразе you are seeing things, что означает "тебе померещилось", "тебе что-то причудилось" (реже — в более серьёзном контексте: галлюцинации или призраки). Seeing Things одновременно настаивает на буквальном прочтении (но, конечно, не "зримые вещи" и даже не "зрячие вещи", а "глядя на вещи"), и обыгрывает это прочтение переносом смысла на призрачные образы, на "померещилось", на галлюцинации, на видеть то, чего нет, на seeing things that aren't there.

"Прозрачность" теряет это всё полностью и безнадёжно; тогда, может, уж лучше "Призрачность"! Тоже не очень подходит, впрочем.