avva | скромное предложение

В Израиле время от времени ловят арабских террористов, которые убивают израильтян. И сажают их в тюрьму на много лет или навсегда.

Потом позже другие арабские террористы захватывают, скажем, израильского солдата. И требуют за его возвращение освободить сто или тысячу арабских террористов, которые сидят в тюрьме. Родственники похищенного солдата, пользуясь массивной поддержкой СМИ, разворачивают гигантскую кампанию по давлению на правительство, требуя заключить сделку и выпустить террористов из тюрьмы в обмен на солдата. Израильтяне в целом очень любят думать о себе, что они готовы пойти на все, лишь бы освободить захваченных террористами израильтян. Если есть возможность освободить с помощью военной операции, то надо так, а если нет - надо идти на сделку - к такому выводу приходит израильское общество не без помощи вышеупомянутой гигантской кампании в СМИ. В принципе все понимают, что если выпустить тысячу террористов "с кровью на руках", как у нас тут говорят, за одного пленного, то это без всякого сомнения откликнется более чем одной невинной жертвой в будущем. Все это понимают, но общество охвачено всеобщим сентиментальным порывом "мы обязаны спасти нашего мальчика, потому что вот такие мы хорошие". Тех, кто настаивает на том, чтобы напомнить о неизбежной расплате, не то чтобы клеймят как предателей, их скорее стараются не замечать, как очень невежливых людей, говорящих что-то очень некстати, и не понимающих, как это важно, чтобы мы все доказали себе, какие мы хорошие.

В итоге происходит очередная сделка. Солдата возвращают и террористов выпускают (если интересны подробности, читайте "Гилад Шалит" в Википедии). Проходит четыре года и оказывается, что выпущенные террористы убили за это время шесть израильтян. Те же журналисты, которые четыре года назад плакали от восторга перед тем, какие мы хорошие и на какие жертвы мы готовы, чтобы спасти нашего мальчика, теперь ломают руки: какой ужас и какая моральная дилемма! Может, надо было поступить иначе? Неужели надо было поступить иначе??? Послушайте, что по этому поводу скажет член семьи освобожденного четыре года назад солдата, что ему возразит профессор этики Тель-Авивского университета и что думает знаменитый певец! Прямо сейчас, после рекламного блока, не переключайте!

В чем корень проблемы? Вот есть террорист, осужденный за подготовку теракта. Если бы у правительства не было возможности выпустить его из тюрьмы - ну представьте, что, не знаю, потеряли ключ и ничего не сделать - то всем было бы легче, подозреваю. Оставшиеся на свободе террористы не стремились бы любой ценой захватить в плен наших солдат и не планировали специально таких операций (или меньше планировали, по крайней мере), потому что все равно освобождения не добиться. Объективно говоря, было бы меньше жертв. Ну, семье и друзьям посаженного террориста было бы хуже, но мы о них не заботимся сейчас.

Но если мы скажем, что потеряли ключ от камеры и никак не открыть, нам не поверят. Как можно сделать что-то похожее, чтобы поверили? Можно применить к террористу смертную казнь. Но это сделать сложно по не связанным со всей этой историей гуманитарным соображениям. Израильтянам нравится думать о себе как об обществе, в котором нет смертной казни (вы замечаете закономерность, да? все время проблемы из-за того, что израильское общество очень хочет себе нравиться. С этим нет возможности справиться, это фундаментальная часть правил игры). Есть некие поползновения изменить это, но инерция против такого решения очень сильна. Вряд ли выйдет. А без смертной казни, как ни крути, тот, кто посадил, может и выпустить досрочно.

Значит, есть спрос на некую услугу, но нет предложения. Напрашивается следующее решение. Какое-то государство предлагает услугу всем желающим. Вы присудили кого-то к 20 годам заключения? Или к пожизненному сроку? Присылайте его к нам в тюрьму. Он отсидит у нас весь срок на хороших условиях. Вы за это заплатите (заранее за весь срок, например). Если вы передумаете и попросите его выпустить раньше, мы не согласимся. Израильская публика согласится, мне кажется, на такой вариант. Сентиментальный порыв в основном касается того, что сейчас, и хуже того, что в будущем. Если сейчас уже захвачен заложник, израильтяне согласны выпустить террористов, чтобы его освободить. Но те же израильтяне не хотят в будущем попасть еще раз в такую же ситуацию, и вполне могут предпочесть лишить себе возможности освободить террористов, чтобы лишить других террористов мотивации захватывать заложников.

Какое это может быть государство? Я вижу две возможности. Либо какое-то небольшое островное государство, которое на этом специализируется и ставит в основу своей экономики - такая св. Елена в массовом масштабе. Либо Америка, которую труднее будет на это уговорить, но зато у нее есть целых три преимущества. Во-первых, у нее уже есть индустрия тюрем в частном владении, которая идеально для этого подходит. Во-вторых, у нее уже есть принцип не вести переговоры с террористами и не выпускать осужденных в обмен на заложников, и она доказала свою приверженность этому принципу. В-третьих, это легко решает проблему "что если мы ошиблись и это на самом деле не террорист, надо его выпустить". Контракт с организацией, которая принимает этих заключенных, может содержать пункт, по которому они согласны выпустить, если американский суд достаточно высокого уровня подтвердит, что первоначальный приговор ошибочен. Тогда если действительно Израиль решает, что человек был осужден по ошибке, и это объективно, а не давление из-за заложников, то все материалы передаются в американский суд и он подтверждает это.

По-моему, все работает. Осталось уговорить падишаха.