ан-хэппи энд

[avva]

Любимые несчастливые концовки. Вспоминаю наугад.

• Я не знал, что есть на свете такая боль, и скрючился от
  муки, густая, красная буква "ю" распласталась у меня в
  глазах и задрожала. И с тех пор я не приходил в сознание, и
  никогда не приду.
  
• And my soul from out that shadow
  That lies floating on the floor
  Shall be lifted — nevermore.
  
• Сказали мне, что эта дорога меня приведет к океану смерти, и я с полпути повернул назад. С тех пор все тянутся передо мною кривые, глухие окольные тропы...
  
  (это, впрочем, не конец книги, но пусть уж будет)
  
• He saw the Jungle of his life and saw the lurking Beast; then, while he looked, perceived it, as by a stir of the air, rise, huge and hideous, for the leap that was to settle him. His eyes darkened — it was close; and, instinctively turning, in his hallucination, to avoid it, he flung himself, face down, on the tomb.
  
• Я поспешил закончить свою работу. Я вдвинул последний камень на место, я заделал его. Вдоль новой кладки я восстановил прежнее ограждение из костей. Полстолетия прошло с тех пор, и рука смертного к ним не прикасалась. In pace requiescat!
  
• But try telling Them. They of little faith.
  
  So I might as well stay here, wait and look at the hill.
  
  It's so beautiful.
  
• Дверь выбили. "Александр Иванович, Александр Иванович!" — заревело несколько голосов. Но никакого Александра Ивановича не было.
  

Ещё?

Comments

И еще из Камю

[sorcino.livejournal.com]

"И в самом деле, вслушиваясь в радостные клики, идущие из центра города,
Риэ вспомнил, что любая радость находится под угрозой. Ибо он знал то, чего
не ведала эта ликующая толпа и о чем можно прочесть в книжках, -- что микроб
чумы никогда не умирает, никогда не исчезает, что он может десятилетиями
спать где-нибудь в завитушках мебели или в стопке белья, что он терпеливо
ждет своего часа в спальне, в подвале, в чемодане, в носовых платках и в
бумагах и что, возможно, придет на горе и в поучение людям такой день, когда
чума пробудит крыс и пошлет их околевать на улицы счастливого города".

И из Капоте:
"Миссис Миллер оцепенела, глаза ее открылись - и встретили мрачный взгляд в упор.
- Вот и я, - сказала Мириэм".