стихотворение дня

М. Айзенберг, сборник "В метре от нас":

* * *

Нет ничего (но это ещё цветочки),
что так недавно было необходимо.
Нет капитанской дочки в её платочке
или в чём она там ходила.
«Нет ничего», но это ещё бравада.
Опыт хитёр, сознание воровато —
тянет последнее — первое на подхвате
и на цветных подушках в углу кровати.
Нет ничего, теперь отбирай по слуху,
что извелось, недавно ещё водилось.
Ящерку гладь, лягушку целуй и муху,
но не за тем, чтоб в девицу обратилась.


[по ссылке из шорт-листа премии Андрея Белого]

сны

Приснились два технических новшества.

На стойке от телефона у меня есть кнопка; если нажмёшь на неё, то сама трубка, где бы она ни валялась в квартире, начинает громко пищать, чтобы можно было её найти. Так вот, приснилось, что этот механизм улучшили: я подхожу к этой стойке, думаю о какой-то своей книге, нажимаю на кнопку — и книга начинает пищать, где бы она ни была, и я её сразу нахожу.

Удивительно полезное нововведение! Хочу такое в реальности.

Потом приснилось, что всем квартирам, домам и улицам поставлены в соответствие сетевые адреса и домены: например, apt27.136a.jaffa-st.jerusalem.il или что-то в этом роде. И что можно сделать ping на данный адрес и узнать, дома ли тот, к кому собираешься идти.

о важности контекста

Из речи Путина и нескольких записей в ЖЖ на эту тему.

Вне контекста:

Когда я был в Израиле, встречался с ветеранами Великой
Отечественной войны. Думаю, что им будет приятно узнать об этом.

В контексте:

В связи с этим мы приняли решение - после консультации с членами общины - открыть в 2006 году в Москве, в Центральном музее Великой Отечественной войны экспозицию, посвященную Холокосту и приуроченную к шестидесятилетию Победы. Когда я был в Израиле, встречался с ветеранами Великой Отечественной войны. Думаю, что им будет приятно узнать об этом.

наивные мысли вслух об экономике

1. Предположим, цена продукта или сервиса зависит от субъективного восприятия ценности покупателем: того, что он от него получает versus того, что может себе позволить на него потратить. Тогда возникает такой вопрос: почему продавец на рынке продаёт свои помидоры по одной цене независимо от того, кто их покупает? Казалось бы, продавец мог бы вести себя так: иметь, скажем, одну стандартную цену в 4 шекеля за килограмм, но менять её в зависимости от покупателя. Если подходит кто-то, кому это явно слишком дорого, цену можно снизить; а если подходит богато одетый, очевидно хорошо обеспечнный покупатель, то ему можно сказать, что цена - 8 шекелей за килограмм. На практике это не проходит, однако; богатый покупатель возмутится и откажется платить 8 шекелей за килограмм, если на прилавке выставлена цена в 4 шекеля за килограмм. Но почему? Если ему эта цена по карману, если ему, по сути дела, неважно, сколько он заплатит, 4 шекеля или 8, он такие суммы не считает за деньги вообще, почему тем не менее он возмутится и откажется? Казалось бы, он должен руковоствоваться только соображением собственного subjective value.

Возражение номер 1: разные цены на один и тот же продукт - неудобно следить, вести отчётность. Ответ: это верно, скажем, в супермаркете, но не на рынке.

Возражение номер 2: цена не всегда одинакова. Например, можно ведь торговаться. Ответ: да, но это может только снизить заявленную цену, а не завысить. Тут есть очевидная асимметрия; почему, если (казалось бы) продавец и покупатель находятся в симметричных отношениях: они хотят совершить некий обмен ценностями?

Смежный вопрос. Торгуются два человека, например, опять на рынке. Покупатель может "передумать" - сказать, что готов заплатить определённую цену, а потом решить, что всё же не хочет, слишком дорого. "Передумывание" со стороны продавца встречается намного реже и в определённой степени табуированно. Если назвал такую-то цену, значит, готов за неё продать; если потом говорит, нет, всё же плати больше, это воспринимается как "нечестный" поступок в каком-то смысле. Опять асимметрия. Почему?

2. Я стою на улице и пытаюсь поймать такси. Оно мне нужно срочно, я опаздываю. Как назло, никакие такси мимо не проезжают, или проезжают, но занятые. В 20 метрах от меня стоит такси, в нём сидит водитель и явно отдыхает (скажем, читает газету, курит сигарету) и никого не поджидает. Я его подзываю, но он отказывается жестом, не хочет. Ну и ладно, не хочет так не хочет. Проходит ещё 5 минут. Водитель такси дочитывает газету и подъезжает ко мне. Однако я отказываюсь от его услуг. Почему? Мне неприятно и досадно: когда я торопился и отчаянно подзывал такси, ему было наплевать; а сейчас он соизволил подъехать, и я ему буду ещё деньги платить? Пусть идёт нафиг. Однако моё поведение нелогично. Он имел полное право не подъезжать ко мне, если не хотел (и я это понимаю). Если я к нему не сяду, возможно, ещё какое-то время буду ждать такси, и ещё больше опоздаю - плохо. Как ни крути, я причиняю вред самому себе своим отказом. Тем не менее, я так поступаю. Это не-экономичный поступок. Он не укладывается в теорию рационального экономического поведения, мне кажется.

этимологическое открытие дня

"Трусы" происходят от английских trousers.

( ещё о трусах )

эволюция сетевых легенд

Интересно сравнить вот эту русскую версию истории про полёт на стуле (ещё один источник той же версии, без изменений, здесь) с её англоязычным оригиналом. Я встречал эту историю по-английски несколько раз, и она существенно не менялась, так что полагаю, что все разночтения между этими двумя версиями возникли благодаря переводу на русский язык. Что же изменил неведомый переводчик (или, возможно, последующие пересказы по-русски)?

Имя героя из Larry Walters стало Larry D. Walters — довольно забавное изменение, долженствующее, возможно, добавить солидности (сетевой поиск находит всего нескольких Larry D. Walters, наш герой среди них — только в русских версиях). Появились сведения о друге — "чернокожий сержант Вилли Томсон" (исключительно стереотипное имя), а также девушка Мэри, "под которую безуспешно бил клинья еще со школьных лет, а она отвергла его как придурка".

Появилось объяснение просчётов Лэрри: "метеошары были европейского производства и подъемная сила была указана в килограммах. Лэрри же все расчеты провел в фунтах". Это из серии "какие дураки американцы", очевидно. В исходной истории ничего такого не говорится и это наверняка выдумка. Появились "водители с хайвея", которых Лэрри подвёрг "бомбардировке банками с пивом".

И наконец, самое главное — появилась фатальная концовка! В реальности и во всех англоязычных версиях Лэрри спустился вниз и остался жив (хоть его шары действительно запутались в линиях электропередач). Зачем, интересно, было менять это обстоятельство? Собственно, эта история известна (в частности) тем, что её приняли в список Darwin awards невзирая на то, что он остался жив — обычно премией Дарвина награждают посмертно. Но уж очень она была хороша.

Интересные изменения.