avva | смерть куклы

Раз в месяц я проводила в для одной маленькой группы совместные с родителями вечера знакомства с музыкой. Подбирала в основном детский репертуар. Так, одной из тем был "Детский альбом" Чайковского. Кто знает, там имеется три программные пьесы на сюжет о кукле: "Болезнь куклы", в конце пьесы кукла умирает и следующая пьеса - траурный марш "Похороны куклы" и в заключении, чтобы как-то внести хэппи-энд ребенку дарится "Новая кукла". Мать одной из учениц, социальный работник, была в шоке. Она долго возмущалась, как пьесы с подобным названием и сюжетом могли быть написаны для детей и как вообще детей можно с ними знакомить.

Ужас, по-моему.

Напоминает, как Чуковский где-то рассказывает о возмущённых письмах против публикации "Мухи-цокотухи", прививающей детям культуру насилия, смерти итп. Про народные русские сказки и говорить нечего.

Попытки убрать из жизни детей всякое упоминание о чём-либо грустном, жестоком, трагичном — в том числе о смерти — вызывают у меня в лучшем случае раздражённое недоумение. Но, кажется, в наше время это становится всё более и более популярным выбором (справедливости ради надо отметить, что другого и трудно было ожидать: ведь во все другие времена оградить ребёнка от всего этого было делом практически невозможным. Кстати, думаю, современные читатели не сразу понимают, насколько легендарно-невозможным казалось жителям прошлых эпох детство Сиддхартхи Гаутамы).

Можно ещё сказать, что это стремление навязать ребёнку пасторально-беззаботно-счастливое детство — оборотная сторона "традиционно-японского" воспитания уже начиная с детства чувства красоты грусти и красоты смерти.