ещё о засулич и о либертарианстве
Feb. 21st, 2004 07:08 amЕщё о деле Засулич. Победное шествие редукционизма продолжается: вердикт суда присяжных, оказывается, в принципе не может быть справедливым или несправедливым, правильным или неправильным. Судебных ошибок не бывает. Если кто-то называет что-то несправедливым, это означает, что сам бы он решил иначе, и не более того. Итд. итп.
Рискуя впасть в грех слишком широкого обобщения, попробую высказать несколько банальных фраз о либертарианстве. Как главная сила, так и главная слабость либертарианцев заключается в редукционизме, в их намерении свести всё человеческое общежитие к нескольким простым принципам.
Сила обычно проявляется в том, что в этих принципах очень много разумного, и в том, что очень часто вскрытие их из-под наросших слоёв традиционной политологии или экономики позволяет во многом разобраться и многое глубже понять. Принцип минимизирования государственного вмешательства и максимизации свободных коммерческих отношений, например, может быть использован в качестве исключительно полезной точки зрения; даже тем, кто не воспринимает его в качестве беспрекословной истины, и даже тем, кто с ним нередко не согласен, может оказаться весьма полезным посмотреть с его точки зрения на те или иные экономические и политические проблемы. Много наносных, случайных, запутывающих обстоятельств при таком взгляде с точки зрения чистого и весьма последовательно аргументированного принципа отпадают.
Слабость либертарианца заключается в том же самом стремлении к сведению всего к нескольким простым принципам — в тех случаях, когда такое сведение неизбежно отхватывает и уничтожает важные аспекты данной проблемы, которые просто не получается редуцировать удовлетворительным образом, и потому они обычно игнорируются при помощи переопределения терминов. На крайнем полюсе такого способа мышления мы получаем вульгарные в своей бездумности труды Айн Ранд, вместе с её поклонниками. В целом в либертарианстве всё не так плохо, как у Айн Ранд, конечно, но, тем не менее, очень часто можно обнаружить это стремление к такому упрощению, которое (с точки зрения внешнего наблюдателя, не мыслящего по канонам либертарианской теории) режет "по живому", насильно и весьма искусственно выталкивая за пределы рассмотрения реальные и совершенно необходимые для понимания сути проблемы категории, понятия, мнения или оценки.
Рискуя впасть в грех слишком широкого обобщения, попробую высказать несколько банальных фраз о либертарианстве. Как главная сила, так и главная слабость либертарианцев заключается в редукционизме, в их намерении свести всё человеческое общежитие к нескольким простым принципам.
Сила обычно проявляется в том, что в этих принципах очень много разумного, и в том, что очень часто вскрытие их из-под наросших слоёв традиционной политологии или экономики позволяет во многом разобраться и многое глубже понять. Принцип минимизирования государственного вмешательства и максимизации свободных коммерческих отношений, например, может быть использован в качестве исключительно полезной точки зрения; даже тем, кто не воспринимает его в качестве беспрекословной истины, и даже тем, кто с ним нередко не согласен, может оказаться весьма полезным посмотреть с его точки зрения на те или иные экономические и политические проблемы. Много наносных, случайных, запутывающих обстоятельств при таком взгляде с точки зрения чистого и весьма последовательно аргументированного принципа отпадают.
Слабость либертарианца заключается в том же самом стремлении к сведению всего к нескольким простым принципам — в тех случаях, когда такое сведение неизбежно отхватывает и уничтожает важные аспекты данной проблемы, которые просто не получается редуцировать удовлетворительным образом, и потому они обычно игнорируются при помощи переопределения терминов. На крайнем полюсе такого способа мышления мы получаем вульгарные в своей бездумности труды Айн Ранд, вместе с её поклонниками. В целом в либертарианстве всё не так плохо, как у Айн Ранд, конечно, но, тем не менее, очень часто можно обнаружить это стремление к такому упрощению, которое (с точки зрения внешнего наблюдателя, не мыслящего по канонам либертарианской теории) режет "по живому", насильно и весьма искусственно выталкивая за пределы рассмотрения реальные и совершенно необходимые для понимания сути проблемы категории, понятия, мнения или оценки.
no subject
Date: 2004-02-25 07:39 am (UTC)Зачем деньги просто хранить? Можно конечно и микроскопом двери подпирать, но лучше все-таки все использовать по прямому назначению. Совершенно не вижу смысла в таком разделении. Мы ведь уже обсуждали этот пункт, про неполезность накоплений, которые не становятся инвестициями. Деньги - механизм платежей! Хотите что-то сундучить, купите себе того же золота и храните его. Зачем, убирая деньги из оборота, искуственно уменьшать размер экономики? Хранящиеся деньги не вополняют своей прямой функции. Потом, поскольку и я и Вы по крайней мере согласны, что большая часть номинальной ценности денег - это воздух, какой в них смысл в качестве накопительного инструмента? Если банк не будет эти деньги инвестировать, значит и процентов не будет? При этом обычная инфляция будет так и так, и Ваши деньги будут терять в цене. А с каких шишей будут давать кредиты те организации, которые хранить деньги не будут, а только их инвестировать?
no subject
Date: 2004-02-25 08:18 am (UTC)Я с этим не соглашался.
Что же касается гос. политики, превращающей деньго в воздух, то результатом такой политики является прекращение функционирования денег как инструмента накоплений и инвестиций. То есть подрыв кредитного обращения - см. Японию.
no subject
Date: 2004-02-25 08:33 am (UTC)При чем тут Япония? У них сначало было подорвано кредитное обращение, и только потом кредитная ставка была опущена до нуля. Причем изначально в изобилии гнилых кредитов виновата была система частных кейретсу, в которой "свой" банк давал дружественной компании кредиты на неправдоподобно выгодных условиях, а никак не японский ЦБ.