переводы

[avva]

Стоило прочитать это интервью (англ., не пропустите ссылку на вторую страницу внизу) с переводчиком Рембо на английский, хотя бы ради того, чтобы узнать замечательное новое слово kerfuffle. Но и кроме этого слова там немало интересного — о Рембо, Набокове, Борхесе, Уитмане и буквальном переводе.

Вот ещё особенно интересный отрывок, с которым я не совсем согласен, но тем не менее:

While no one sensible would argue that Hemingway didn't put as much thought and craft into his style as Faulkner did, translating Hemingway would be a hell of a lot easier. Translation is basically close reading, and Hemingway is an easier read than Faulkner (which is, of course, not a comment on their relative artistic merits). All translation requires a dedication to meaning, but to get a Michon or Rimbaud right requires an extra engagement to the musical qualities of their language.

Comments

[avva.livejournal.com]

Хофштадтер в "Le Ton Beau de Marot" последовательно развивает эту аналогию - переводческого мастерства и исполнения музыки. Правда, его мотивация несколько в другом плане лежит - он сравнивает то, как переводчики довольно часто высказываются в том смысле, что им хотелось бы, чтобы как можно меньше в переводе было от них и как можно больше - от автора, им хотелось бы раствориться в переводе, добиться прозрачности, незаметности своих переводческих усилий - и обществе в целом с этим их желанием согласно: мы гораздо реже знаем имя переводчика, чем имя автора, и средний читатель (не интересующийся вообще говоря искусством перевода) не задумывается даже, читая переведенную книгу, о труде переводчика и его личности. Это можно сравнить с культом исполнителя, развившимся в последнее столетие в классической музыке, когда зачастую имя знаменитого исполнителя или дирижёра оказывается гораздо более важным и привлекательным для публики, чем музыка, которую он будет исполнять. Т.е. с точки зрения Хофштадтера это положение дел несправедливо по отношению к переводчикам.

Я не уверен в том, что он прав, и в пользе самой аналогии. Книга в оригинале и книга в переводе - в некотором смысле равноценные объекты, они являются воплощением одной и той же идеи - книги. При исполнении же музыкального произведения речь всегда идёт об интерпретации абстрактной идеи, заключённой в нотной записи, в конкретное исполнение.

[kuka-ra.livejournal.com]

Хофстадтер вообще любит связывать музыку и с языком, и с математикой, поскольку занимается всеми тремя сразу. Возможно, что и мое мнение в какой-то степени возникло под его влиянием, хотя я и не читала именно этой его книги (читала три других). Частично, впрочем, мое представление обусловлено еще и тем, что в основном я работаю устно, то есть, в контексте, где меня не должно быть видно в принципе. Мне как-то такое положение вещей изначально нравилось. Не случайна, вероятно, смена одной "незаметной" профессии на другую - от музыковедения (через дирижирование, впрочем) к звукорежиссуре - еще одной професси, о которой не задумывается никто и никогда, - к переводу. Слияние, отождествление с объектом приложения - будь то музыка или текст, письменный или устный, практически необходимо для введения этого объекта в мир. Прозрачность и точность абсолютно необходимы и музыканту, и переводчику.

Имя исполнителя или дирижера действительно зачастую бывает более привлекательно для публики, нежели имя композитора. За все прошедшие столетия музыка (якобы!) уже известна. Теперь хочется услышать ее новое прочтение. Старые прочтения изнашиваются, по мере изнашивания общей картинки мира, характерной для того или иного периода времени. Еще быстрее приедаются прочтения музыкантов, не дополняющих, а подменяющих, замусоривающих изначальное произведение своими собственными интерпретациями (читай: проблемами). Не случайно в последние двадцать лет все большую популярность получает движение за аутентичное исполнение музыки - вот именно его-то мы еще и не слышали почти что. Музыка, кстати, ничуть не является "абстрактной идеей, заключенной в нотах". Спросите у Хофстадтера, выбор тональности или фактуры настолько же принципиально важен и красноречив, насколько и выбор, скажем, стихотворного размера для поэта. Извините, что получилось так длинно.