ещё о засулич и о либертарианстве
Feb. 21st, 2004 07:08 amЕщё о деле Засулич. Победное шествие редукционизма продолжается: вердикт суда присяжных, оказывается, в принципе не может быть справедливым или несправедливым, правильным или неправильным. Судебных ошибок не бывает. Если кто-то называет что-то несправедливым, это означает, что сам бы он решил иначе, и не более того. Итд. итп.
Рискуя впасть в грех слишком широкого обобщения, попробую высказать несколько банальных фраз о либертарианстве. Как главная сила, так и главная слабость либертарианцев заключается в редукционизме, в их намерении свести всё человеческое общежитие к нескольким простым принципам.
Сила обычно проявляется в том, что в этих принципах очень много разумного, и в том, что очень часто вскрытие их из-под наросших слоёв традиционной политологии или экономики позволяет во многом разобраться и многое глубже понять. Принцип минимизирования государственного вмешательства и максимизации свободных коммерческих отношений, например, может быть использован в качестве исключительно полезной точки зрения; даже тем, кто не воспринимает его в качестве беспрекословной истины, и даже тем, кто с ним нередко не согласен, может оказаться весьма полезным посмотреть с его точки зрения на те или иные экономические и политические проблемы. Много наносных, случайных, запутывающих обстоятельств при таком взгляде с точки зрения чистого и весьма последовательно аргументированного принципа отпадают.
Слабость либертарианца заключается в том же самом стремлении к сведению всего к нескольким простым принципам — в тех случаях, когда такое сведение неизбежно отхватывает и уничтожает важные аспекты данной проблемы, которые просто не получается редуцировать удовлетворительным образом, и потому они обычно игнорируются при помощи переопределения терминов. На крайнем полюсе такого способа мышления мы получаем вульгарные в своей бездумности труды Айн Ранд, вместе с её поклонниками. В целом в либертарианстве всё не так плохо, как у Айн Ранд, конечно, но, тем не менее, очень часто можно обнаружить это стремление к такому упрощению, которое (с точки зрения внешнего наблюдателя, не мыслящего по канонам либертарианской теории) режет "по живому", насильно и весьма искусственно выталкивая за пределы рассмотрения реальные и совершенно необходимые для понимания сути проблемы категории, понятия, мнения или оценки.
Рискуя впасть в грех слишком широкого обобщения, попробую высказать несколько банальных фраз о либертарианстве. Как главная сила, так и главная слабость либертарианцев заключается в редукционизме, в их намерении свести всё человеческое общежитие к нескольким простым принципам.
Сила обычно проявляется в том, что в этих принципах очень много разумного, и в том, что очень часто вскрытие их из-под наросших слоёв традиционной политологии или экономики позволяет во многом разобраться и многое глубже понять. Принцип минимизирования государственного вмешательства и максимизации свободных коммерческих отношений, например, может быть использован в качестве исключительно полезной точки зрения; даже тем, кто не воспринимает его в качестве беспрекословной истины, и даже тем, кто с ним нередко не согласен, может оказаться весьма полезным посмотреть с его точки зрения на те или иные экономические и политические проблемы. Много наносных, случайных, запутывающих обстоятельств при таком взгляде с точки зрения чистого и весьма последовательно аргументированного принципа отпадают.
Слабость либертарианца заключается в том же самом стремлении к сведению всего к нескольким простым принципам — в тех случаях, когда такое сведение неизбежно отхватывает и уничтожает важные аспекты данной проблемы, которые просто не получается редуцировать удовлетворительным образом, и потому они обычно игнорируются при помощи переопределения терминов. На крайнем полюсе такого способа мышления мы получаем вульгарные в своей бездумности труды Айн Ранд, вместе с её поклонниками. В целом в либертарианстве всё не так плохо, как у Айн Ранд, конечно, но, тем не менее, очень часто можно обнаружить это стремление к такому упрощению, которое (с точки зрения внешнего наблюдателя, не мыслящего по канонам либертарианской теории) режет "по живому", насильно и весьма искусственно выталкивая за пределы рассмотрения реальные и совершенно необходимые для понимания сути проблемы категории, понятия, мнения или оценки.
no subject
Date: 2004-02-21 10:22 am (UTC)<accent mode="british"> Tosh and twaddle.</accent>.
1) Где evidence? т.е. случаи, когда well-publicised jury nullification
приводило к законодательным реформам.
2) Проблема с этим аргументом в том, что jury nullification может
означать разные вещи. В общем случае это принцип, согласно которому
присяжные могут и должны наплевать на закон и факты и судить "по
совести" (так, например, считает
jury nullification встречается редко и в основном в очень крайних
случаях, именно потому, что судебная система ему всячески противится (с
помощью отрицательного пиара против него, с помощью строгих указаний
присяжным, которые даёт судья, итд. итп.). Если бы jury nullification
действительно практиковалось в полном и неограниченном масштабе, то
аргумент о том, что каждый его случай указывал бы на "проблему закона и
законодателей", был бы совершенно абсурдным и невероятным. Присяжные
попросту плевали бы на закон и факты и выносили бы, скажем,
обвинительный вердикт, если подсудимый им не нравился, и оправдательный,
если ему удалось бы их разжалобить (конечно, и сейчас эти факторы играют
важную роль, но не решающую, именно потому, что присяжные знают,
что от них требуется решение согласно закону и фактам). What I'm saying
here is basically that jury nullification may only be palatable (if at
all) when it is extremely restrained and rarefied. В его сегодняшнем
виде jury nullification встречается (или как минимум становится
известным) в основном в крайних случаях, которые действительно иногда
могут указывать на законодательную проблему (в случае Симпсона, кстати,
это вовсе не так); но это не даёт оснований агитировать за широкую и
неограниченную его форму.
На самом деле всё, что обычно происходит при jury nullification, это то,
что преступник несправедливо избегает наказания (что нередко, можно не
сомневаться, приводит в будущем к новым преступлениям).
Re:
Date: 2004-02-21 11:03 am (UTC)А если бы Засулич осудили, что изменилось бы? Тогда тем более она стала бы героиней-мученицей подобно Фигнер или Спиридоновой. И заслуженно.
Re:
Date: 2004-02-21 12:28 pm (UTC)"Если бы jury nullification действительно практиковалось в полном и неограниченном масштабе, то аргумент о том, что каждый его случай указывал бы на "проблему закона и
законодателей", был бы совершенно абсурдным и невероятным."
А право народа на восстание против правительства вообще ни разу не использовалось.:)))
Частота применения jury nullification зависит только от того,насколько граждане считают поведение властей и порядки в стране разумными и правильными и не переносят часть вины за преступление на власти.Применять ли им jury nullification или нет решают граждане и больше никто.
2.
"
Присяжные попросту плевали бы на закон и факты и выносили бы, скажем, обвинительный вердикт, если подсудимый им не нравился, и оправдательный, если ему удалось бы их разжалобить (конечно, и сейчас эти факторы играют важную роль, но не решающую, именно потому, что присяжные знают, что от них требуется решение согласно закону и фактам).
"
Вы и о себе такого же мнения в смысле гражданственности и сознательности?:))
Или присяжные--это марсиане?
Или вы просто считаете ,что развитое гражданское общество--это на самом деле только лозунг на стене?:)
Re:
Date: 2004-02-21 10:22 pm (UTC)no subject
Date: 2004-02-22 10:44 am (UTC)О какой ссылке идёт речь?
поэтому же с чисто формальной точки зрения никто это решение присяжных (и их право его вынести) под сомнение ТОГДА не ставил.
Не вижу связи. Я тоже его сейчас под сомнение не ставлю, но считаю
несправедливым и неверным.
Re:
Date: 2004-02-22 03:00 pm (UTC)